Все новости



























































































































































































































































География посетителей

sem40 statistic
«    Июль 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
31
 

Из истории КВН

Клуб весёлых и находчивых
Материал из Википедии, свободной Российской энциклопедии
Чемпионы Клуба (1961—1972)

Сезон Город Команда/ВУЗ
1961/1962 Москва Московский инженерно-строительный институт (МИСИ)
1962/1963 Москва Московский физико-технический институт (МФТИ) (? — Ю.Н.)
1963/1964 Москва Московский горный институт (МГИ)

Два ярких и незабываемых года моей молодости 1962-й и 1963-й вместе с моими лучшими друзьями я прожил под знаком КВН, в атмосфере КВН, в лучах его славы и ни с чем не сравнимой популярности.

Родившись 8 ноября 1961 года в Советском Союзе, КВН стал знамением своего времени наряду с физикой и лирикой, космосом и премьерами легендарных ныне московских и ленинградских театров.

О КВН известно и написано уже довольно много. Известно, например, что в его непрерывной на первый взгляд истории был видимый разрыв, начиная с 1971-го года. Известно также, что этот разрыв был следствием прямого указания Председателя Комитета Гостелерадио С.Г. Лапина. Также известно весьма многое и о самом т. Лапине, фигуре, кстати говоря, довольно любопытной и не только списком закрытых им телепрограм. Прославился он еще и своей библиотекой, где были идеально представлены сочинения диссидентов и опальных поэтов. Был он также большим поклонником Фаины Георгиевны Раневской и однажды, зайдя к ней в грим-уборную, высказав восторг по поводу ее игры и поцеловав ей руку, он задал такой вопрос: «В чем еще я могу Вас увидеть, дорогая Фаина Георгиевна?», на что Раневская, ни секунды не помедлив, ответила с присущей ей лаконичностью: «В гробу».

Известно также, что спустя четыре года после закрытия КВН С.Г. Лапин намекал на то, что его можно было бы и возобновить при определенных условиях, но главный режиссер передачи Белла Сергеева условия выслушивать отказалась и, хотя ответила не столь лаконично, как некогда Раневская, однако высказалась примерно в том же смысле. В итоге указанный разрыв истории КВН, говоря языком математики, разрыв сверху, закончился лишь в 1986 году.

Но вот гораздо менее известно, что первый разрыв в истории КВН случился гораздо раньше, можно сказать в младенческом возрасте — в 1963 году, и был он, продолжая математические определения, явным разрывом снизу.

Как то раз сам Александр Масляков Старший уже в 90-ые годы собрал перед телевизионными камерами знаменитых капитанов КВН со всех стран и континентов и представил одного из них как финалиста и победителя самого первого цикла всесоюзных соревнований КВН.

Я не могу заподозрить почти бессменного ведущего в намеренной фальсификации, не думаю также, что на него могли повлиять какие-либо указания, ведь в середине 90-ых это уже было неактуально. Скорее Александр Васильевич просто запамятовал. А может быть он попросту не захотел вспоминать эту давнюю и странную историю. Дело в том, что у первого цикла всесоюзных соревнований КВН не было ни финала, ни победителя, хотя и были две команды, вышедшие в финал — команда КВН института ГВФ города Киева и команда КВН ЛЭТИ города Ленинграда.

А как же спросите вы, Википедия? Да ладно, если бы в ней только это было единственной неправдой.

5 марта 1953 года ушел с мировой сцены величайший корифей всех времен и народов Иосиф Сталин, а уже 11 мая того же года в культурной жизни Ленинграда произошло знаменательное событие— на сцену вышел спектакль «Весна в ЛЭТИ». Пройдя с триумфом последующие представления в самых престижных Домах Культуры Ленинграда, он перекочевал с 29 января 1954 года на не менее престижные площадки Москвы, а 1 апреля 1954 года был показан по Ленинградскому телевидению.

Самым поразительным во всем этом спектакле было то, что его сценарий был написан студентами, студентом была написана музыка к спектаклю и все роли в нем были исполнены опять таки студентами. Лишь режиссер спектакля Наум Бирман и руководитель эстрадного оркестра Анатолий Бадхен, несмотря на молодость были уже сложившимися профессионалами.

Более полу-века тому назад в преддверии своего шестнадцатилетия я смотрел через заполненную водой пластмассовую линзу это неслыханное и невиданное дотоле действо, разворачивающееся на голубовато-сером экране размером, как сейчас бы сказали, около 7 «инч» телевизора под названием КВН. Никакой такой скрытой связи с будущей телеигрой в этом названии не было и дано оно было славному аппарату по первым буквам фамилий его создателей Кенигсона, Варшавского и Николаевского.

Уже к середине спектакля мне стало ясно, что судьба моя отныне решена и через год я буду поступать в ЛЭТИ.

Не знаю, кто и когда придумал расшифровывать аббревиатуру ЛЭТИ как Ленинградский Эстрадно-Танцевальный институт с легким электротехническим уклоном, но только тому были немалые основания и первым из них явился этот самый прогремевший на всю страну спектакль, зародившийся еще до знаменитой оттепели. Именно он дал старт течению, которое после начавшегося в 1955 году Всесоюзного Ледохода превратилось в бурный неиссякаемый поток студенческого творчества, бушевавший почти до конца шестидесятых годов. В самом же институте именно этот спектакль послужил катализатором непрерывной химической реакции, выталкивавшей на поверхность все новые и новые таланты.

Я не сумею здесь и в малой степени перечислить и расположить в порядке титулов, регалий и популярности тех, кто тогда и впоследствии, уже вне стен ЛЭТИ прославил его имя в «эстрадно-танцевальной» сфере, к коей относили театр, кино, литературу, музыку, изобразительное искусство. Я назову лишь совсем немногих, с кем мне пришлось быть рядом или вместе на этом замечательном празднике жизни.

Александр Колкер, тот самый, автор музыки «Весны в ЛЭТИ», внесший в песенную лирику свою индивидуальную тему от иронии до щемящей грусти, от почти озорства до серьезных размышлений, от кажущейся легкости до глубокого чувства, приправив все это неуловимой субстанцией, которая так ценилась в ЛЭТИ и именовалась «прелесть тонкого разговора».И не лэтишная ли не признававшая авторитетов дерзость, помноженная на природную талантливость, помогла ему впоследствии убедить Игоря Владимирова, Георгия Товстоногова, Виталия Соломина в том, что его Колкеровские мюзиклы созданы не только и не столько для театров музкомедии, а именно для сцен их элитных драматических театров.

Валерий Попов, президент Санкт-Петербургского отделения ПЕН-клуба, «представитель так называемой Петербургской школы, давшей миру Иосифа Бродского, Сергея Довлатова, Андрея Битова». Так пишет о нем сегодняшняя пресса, но это все потом, а вначале был Валерка Попов, наш лэтишный, который уже тогда, как и все мы, знал совершенно точно, что ирония наиболее надежное оружие против глупости, хамства, воинствующего невежества, напыщенного ничтожества. Разве не лэтишная школа позволяет ему не впадать в отчаяние от сегодняшней жизни и не уходить в многозначительное эстетство? «Валерий Попов-один из самых забавных и самых точных писателей современной России». Я вычитал эту цитату в Интернете из Нью-Йоркского «Нового Русского Слова». Подозреваю,что кто-то перевел фразу с английского на русский, поскольку слово «забавный» к В.Попову никак не подходит. Даже если его ироническая проза порой близка к комическому абсурду, в ней всегда есть пусть малая, но ощутимая доза горечи, а это вовсе не забавно.

Петр Мостовой — кинорежиссер со своим четким уникальным почерком, увидевший своей камерой прекрасное,живое, неповторимое там, где другие столько раз проходили мимо, не останавливаясь и не оглядываясь — «Живая вода», «Взгляните на лицо», «Всего три урока», «Военной музыки оркестр». Международное признание пришло к нему с Гран-при и «Золотым Драконом» в Кракове, «Серебряным Голубем» в Каннах и многими другими призами и премиями, но до всего этого был «ЛЭТИ –фильм», скрипка в эстрадном оркестре Анатолия Бадхена, увлечение всем тем, чем жил наш институт, вовлекая нас в прекрасный несмотря ни на что мир, полный надежд и неистребимой жажды творчества.

Справедливости ради надо сказать и о «легком электротехническом уклоне», благодаря которому ЛЭТИ подарил своей стране десятки академиков, многие тысячи докторов и кандидатов наук и легионы талантливых, высоко профессиональных ученых,инженеров, конструкторов, И в этой несметной армии принадлежность к ЛЭТИ нередко накладывала некий неуловимый отпечаток, позволявший выпускникам разных лет узнавать друг друга, подобно членам масонской ложи.

Здесь самое время вернуться к истории КВН, хотя я ведь от нее никуда и не уходил. Не стану утверждать, что декабристы разбудили Герцена, возможно, что он и сам проснулся от шума времени, но только в 1958 году всего лишь на пять лет позже «Весны в ЛЭТИ» в Москве был создан студенческий театр-студия МГУ «Наш дом». Блистательный спектакль москвичей «Мы строим наш дом» мне довелось увидеть во время их триумфальных гастролей в городе на Неве. Несмотря на то, что в афише упоминались руководство и режиссура маститого Сергея Юткевича, на сцене господствовала и безошибочно узнавалась особая атмосфера студенческих капустников, полная иронии, столь легкой по нынешним временам фронды, которая так радовала тогда «свою» публику и так настораживала сановных кураторов и ревизоров. О театре-студии МГУ мне рассказывать не по чину, тем более, что об этом можно прочесть в Интернете в воспоминаниях Александра Филиппенко и Семена Фарады. Я лишь просто позаимствую у них перечень имен тех, кто так или иначе прошел через эту студию — Геннадий Хазанов, Людмила Петрушевская, Григорий Горин, Аркадий Арканов, Курляндский и Хайт, Максим Дунаевский.

Присовокупим сюда тех, кто за 11 лет существования студии побывал на ее капустниках— Олег Ефремов, Марк Захаров, Белла Ахмадулина, Василий Аксенов, Лиля Брик, Виктор Шкловский. Легенда утверждает, что на одном из этих капустников стало плохо от смеха одному человеку, которого в принципе было исключительно трудно рассмешить — Аркадию Райкину.

Остается добавить, что этой студией руководили Марк Розовский, Илья Рутберг и Альберт Аксельрод и мы окончательно выходим на тропу КВН.

Врач А.Аксельрод, — вот, кто первым сказал «А», точнее «А.А» в КВН!

Правда до него инженер Михаил Яковлев и режиссер телевидения Сергей Муратов сказали «В», а точнее «ВВВ»— Вечер Веселых Вопросов, так называлась популярная телепрограмма, которую многие считают прототипом КВН.

Ну в общем эти трое придумали название Клуб Веселых и Находчивых с аббревиатурой КВН, так удачно ассоциировавшейся с телевизором и потому их можно считать отцами КВН. Однако ясно, что КВН никогда бы не родился, не прими его и не выноси в своем лоне телевидение и в первую очередь московское, режиссеры и редакторы — Белла Сергеева, Елена Гальперина,Сергей Муратов, Марат Гюльбекян могут смело претендовать на роль родителей и повивальных бабок КВН.

И ,конечно, нельзя не вспомнить неизвестного( по крайней мере мне) художника,создавшего знаменитого остроносого мальчика с чубчиком в виде вопросительного знака, и,естественно, нельзя забыть известного композитора Юрия Саульского, написавшего музыку на знаменитые слова опять таки неизвестного мне поэта: «В урочный день, в урочный час мы начинаем конкурс наш веселых любознательных друзей!». Вот теперь, наконец, все было готово, Альберт Аксельрод со Светланой Жильцовой заняли позиции ведущих и студенты вузов, вначале только Москвы, а через год Ленинграда, Киева и Риги вышли на тропу войны во всеоружии юмора, веселости и находчивости.

Заметим сразу, что КВН готовился не как телевизионное шоу (впрочем тогда и слова то такого не было в обиходе), а как подлинное соревнование, где самым серьезным образом собирались оценивать по очкам остроумие, эрудицию, кругозор ну и,конечно, самодеятельное искусство студенческих команд.

В Москве мощный старт взяла сразу команда МИСИ, которая и стала первым чемпионом КВН среди 12 вузов Москвы. Но на следующий год заявила о себе команда КВН МФТИ. Физтеховцы, не без влияния участников студии «Наш дом», разили МВТУ им Баумана, МИСИ и другие не слабые команды, московских вузов неудержимо продвигаясь к заветному титулу чемпиона Москвы в преддверии перехода КВН в статус всесоюзного соревнования..

В Ленинграде вирусом КВН мгновенно были поражены Университет, Горный, Корабелка. Могла ли остаться от этого в стороне моя alma mater — ЛЭТИ?

Заметим здесь, что с этой звонкой абревиатурой было трижды связано имя Великого Человека — Ленинградский, ордена Ленина Электротехнический институт имени В.И. Ульянова /Ленина/.

Как утверждала история, выгравированная на мраморных скрижалях, вождь мирового пролетариата однажды лично скрывался в маленькой комнатке за большой доской первой аудитории института. Его довольно забавная гипсовая скульптура с перстом указующим ниц, выкрашенная бронзовой краской, сначала стояла на площадке парадной лестницы, а затем перекочевала в вестибюль на место захворавших внезапно старинных напольных часов фирмы Буре.

Подле этих часов стояла отполированная штанами многих поколений скамья, на которой устраивались студенты, добросовестно направлявшиеся на весьма важную лекцию или лабораторку, но не добравшиеся до цели, будучи внезапно перехваченными уже восседавшими на заветной скамье друзьями-приятелями. Проводить время на скамье в важных разговорах называлось почему-то «крутить галстук», а после замены часов упомянутой скульптурой стало именоваться заимствованным у Маяковского «себя под Лениным чистить». Сиживали там неоднократно и участники будущего несостоявшегося финала первого цикла Всесоюзного соревнования КВН, запечатлев факт сего достойного времяпровождения в следующих строчках:

В одном институте стояли часы,
Под теми часами крутили усы,
А кто не имел ни часов, ни усов,
Тот галстук крутил возле этих часов.
Когда же состарился Павел Буре,
Построились молча студенты в каре
И, Павла Буре опрокинув с плеча,
Поставили вместо часов Ильича

В моих воспоминаниях о Ленинградской телестудии всплывает тесноватая комната молодежной редакции «Горизонт», быстрая, все мгновенно схватывающая, ироничная Галина Позднякова, красавец Виталий Вишневский и еще почему-то бородатый человек по фамилии Дав, геолог по профессии, активно участвовавший в подготовке первых КВНовских передач. Редакционный стол завален бумагами, целый угол занят какими-то чертежами, на них рычаги, зубчатые и ременные передачи.На наш вопрос, что это такое, отвечают — вечный двигатель первого рода.

Видите ли,— поясняют нам,— мы ведь не Академия Наук. Им хорошо, выпустили себе постановление о том, что в связи законом о сохранении энергии проекты вечных двигателей к рассмотрению не принимаются и дело с концом. А мы на телевидении-другое дело.Закон сохранения-это,конечно, правильно, но на обращения трудящихся откликаться надо. Вот и маемся.

Мы, в свою очередь, принесли на студию проект домашнего задания на тему «Антимиры» к ближайшей встрече в КВН-эфире с командой Горного института.

Уже после первой встречи с корабелами мы начинаем понимать, что несмотря на многочисленные конкурсы-экспромты, самый весомый вклад в копилку очков вносит именно домашнее задание. В нем нам задается только тема, трактовать которую можно как угодно, и мы естественно несем полную отсебятину. Кстати, это единственный конкурс, который проходит тщательную предварительную цензуру. Это обстоятельство неприятно поражает нас. Мы никак не можем понять, почему в теме «Антимиры» нельзя упоминать Лиона Фейхтвангера, которого нам, убей меня Бог, если помню зачем, непременно хочется вставить в беседу с академиком Фоком, также совершенно безвинно попавшим в наше сочинение.

Слегка поартачившись, мы отказываемся от Фейхтвангера.

Но вот на следующем домашнем задании «Люди и двери», которое мы уже в статусе чемпионов Ленинграда готовим к полуфинальной встрече с чемпионами Риги, происходит конфликт. Когда редактор предлагает нам выкинуть слова «идиот» и «польские двери», наше возмущение не знает пределов. Мы не соглашаемся ни с какими резонами и увещеваниями до тех пор пока уже главный редактор, сокрушенно разводя руками, не заявляет нам: «Ну что же, в таком случае нам придется разрешать этот спор у директора телестудии.»

Несмотря на немалый опыт публичных выступлений, КВНовские сражения вызывали неизменно у каждого из нас мощные впрыски адреналина. Одно дело было лицедействовать на сцене, будучи отделенным светом рампы от зала, поддерживающего тебя одобрительным гулом и смехом, и совсем другое дело видеть перед собой наезжающую неумолимо камеру и невидимых зрителю асистентов оператора и режиссера, таскающих по студии длиннющие штанги то ли с микрофонами, то ли с подсветками и постоянно жестикулирующих: «Темп! Темп! Темп!». Нельзя ну никак нельзя было вывалиться из жесткой временной сетки живого эфира, особенно, когда передачи стали идти через Москву.

Задания и конкурсы, как ни старались мы их выведать заранее, сыпались неожиданно:

— Каждой команде выделить художника! — бледный Юра Петров выходит вперед.

— Сейчас из этого ряда вы выберете одно животное по своему усмотрению и изобразите, какое техническое открытие и каким образом им было подсказано!

Юраша, не колеблясь выбирает светлячка, тремя штрихами усаживает его на что-то, напоминающее уличный фонарь, еще два штриха придают светляку форму спирали электрической лампочки, из которой брызжет свет.

— Хм, — буркает ведущий, — не уверен, что Эдисон использовал Вашу идею, однако не лишено, не лишено… Ну, а теперь, пожалуйте на конкурс грамотеев, знатоков русского языка.

Наш капитан бросает в бой студента последнего курса, уж он то помнит грамматику, Фиму Каминского и Фима пишет на доске под диктовку: «Дирижер наш был эстет, ел с желудями винегрет». К нашему ужасу и радости соперников Фиме удается написать без ошибок только «наш», «был» и «ел». Фима пытается острить, но два ценных очка уплывают безвозвратно.

Но вот у меня все сжимается внутри-указующий перст капитана включает меня в троицу, призванную угадать, задуманную ведущим профессию. Мы можем задать не более 10 любых вопросов, на которые получаем в ответ только лаконичные «да» и «нет». Только что на этом конкурсе посыпались наши противники. Мы, кажется, бездарно растрачиваем 9 вопросов, но вот Володька Низовский, умница,пианист, композитор неожиданно выпаливает: «Водолаз!». Ведущий сокрушенно разводит руками, признавая нашу победу и торжествующе кричат «Вперед,ЛЭТИ!» наши болельщики. Все они в гусарских киверах и кажется вот-вот пойдут в атаку. За нашей спиной подымается кто-то усатый не то Денис Давыдов, не то Юрий Яковлев и по студии разносится:

«Болеем мы и не обидно,
Что мы не ходим ни в театры ни в кино,
И нас на лекциях не видно
Давным-давно, давным-давно,
Давным-давно!», — подхватывают гусары.

И все же к последнему испытанию мы приходим голова к голове с противниками. Теперь все решит домашнее задание и «в бой идут одни старики». За нами опыт многочисленных капустников, за нами болельщики, за нами ЛЭТИ!

— Это академик Фок? Вас беспокоят из ЛЭТИ. Позвольте задать Вам несколько вопросов…

Мы уходим в Антимиры и снова гремят болельщики. Победа!

Когда мы становимся чемпионами Ленинграда, нас кажется начинают узнавать на улице. Теперь нам будет противостоять команда института Гражданского Воздушного Флота, чемпион Риги. Любопытное совпадение— в другом полуфинале МФТИ Москва будет выяснять отношения с Киевским институтом ГВФ.

Мы тщательно готовимся к полуфинальной встрече, но как назло никак не можем придумать, с какого конца подступиться к домашнему заданию на тему «Люди и двери».

.Как перед экзаменом, потный вал вдохновения охватывает нас меньше чем за неделю до срока, когда нам удается найти некую сквозную мысль-двери проходят через всю человеческую жизнь, вернее человек всю жизнь проходит сквозь двери. Мы только-только успеваем принести текст на студию, где происходит описанная выше эпопея с «идиотом» и «польскими дверями». В означенный день мы выходим на полуфинальный бой. Передача транслируется через Москву.

В первой половине рижане ведут по очкам. Мне,конечно, кажется, что нас засуживают, а сидящие в жюри журналист Александр Свободин и писатель Леонид Лиходеев с симпатией смотрят в сторону Риги. Наконец, наступает очередь домашнего задания. Кажется мы ведем с перевесом в одно очко.

-Однажды от обезьяны произошел человек, — раздумчиво начинает Павел Ватник.

-Он встал на ноги, заговорил, заулыбался, сделал каменный топор,— тараторю я и в голове у меня крутится мультипликационный человечек Попеску Гопо, — пошел на охоту, убил мамонта, вернулся с трофеем, построил дом и сделал в нем дверь!

— Дверь тихонько заскрипела, -таинственно продолжает Борис Гершт.

Мы в своей тарелке, мы не видим ни зрителя, ни наезжающую камеру, мы играем, мы даем друг другу пас, мы точно ведем тему, мы переходим от фонаря на коду, безотказно работают рисунки Павла Ватника, болельщики синхронно раскалываются смехом.

На этом месте, кажется, мы достали жюри: «У дверей свой язык, и не каждый поймет его правильно. Иной наткнется в вестибюле метро на двери с надписью «ВЫХОДА НЕТ» и бросится опрометью назад, и шепчет,и кричит, и убеждает: «Люди! Стойте! Куда вы идете? Ведь выхода нет!» А люди идут, не обращая на него внимания. Идут по своим делам, простым и важным.»

А вот поперхнулся смехом бывалый ведущий. Жалко,скоро кончается. «Загадок много во вселенной, на многие ответов нет-как сообщают сыну гены о том, что папа был брюнет?»,— недоумевает Борис Гершт.

Жюри подводит итог –с перевесом в три очка победила команда Ленинградского Электротехнического института!

Мы поем, поем всей командой прощальное приветствие рижанам и публике, заготовленное на случай нашей победы:

Мы очень извиняемся, за то, что мы являемся
Могилой для соперников своих,
Но правила есть правила, и счастье вас оставило,
А лавры победителей не делят на двоих.

В куплете заключительном спасибо телезрителям,
Спасибо за вниманье и за то,
Что так переживали вы, победы нам желали вы,
За то,что телевизора не выключил никто.

Мы изрядно кокетничаем — какое там выключить телевизор, зрители не отходят от экранов до последнего титра, до последнего аккорда. Почти 40 лет отделяет всех от сакраментальной фразы «Не переключайтесь! Вы на правильном канале!» и от скользкой и неотвратимой, как клизма, рекламы.

Выйдя в финал, мы почти не сомневались, что в решающей встрече нашим соперником будет Московский Физтех. Наш капитан, будучи желанным гостем на Ленинградской телестудии приносил оттуда совершенно фантастические версии организации финального матча. Репортаж о нем должен был начаться нашим вылетом из Пулкова, продолжиться с борта самолета и завершиться в телестудии на Шаболовке.Но, когда до московского полуфинала оставалось всего лишь несколько недель, в Ленинграде неожиданно появились представители Киевского института ГВФ. Они посетили, телестудию, наш институт, общежитие, познакомились с нашим капитаном и выразили твердое мнение, что именно с ними мы встретимся в финале. Несмотря на весь наш скепсис, их уверенность не могла не произвести на нас впечатления. Позднее до нас дошли сведения, что вторая делегация киевлян одновременно проводила разведку и изучение ближайшего противника в Москве.

Наконец, настал день второй полуфинальной встречи, МФТИ, г.Москва — Институт ГВФ, г. Киев, первого цикла Всесоюзных соревнований КВН и мы прильнули к экранам телевизоров. В первую очередь меня поразил звездный состав жюри, из коего мне особенно запомнились Михаил Таль, Лариса Латынина и Народный артист Юрий Тимошенко более известный как Тарапунька. В ответ на элегантное, но внешне достаточно скромное приветствие москвичей, киевляне ответили мощным парадом алле, в котором, долго выходили, держась за руки, представители разных народов и рас. Поражали постановочный размах и великолепие костюмов. Снятый якобы студентами киноролик явно не обошелся без участия студии Довженко.

Одним из центральных моментом встречи был конкурс капитанов. Сравнительно легко обойдя подводные камни в заковыристом вопросе противника, капитан москвичей в свою очередь написал на доске в столбик 11+11 и предложил дать все возможные варианты ответов.Киевлянин, изобразив 22, надолго задумался, чувствуя подвох. По окончании контрольного времени, опередив ведущего, в жюри поднялся с иронической улыбкой Юрий Тимошенко:

— Та шо ж це таке происходить?! У нас у деревни бабка Маланька, хоть институтов не кончала, а и та знае, шо 1 та 1 буде 2. А вы, хлопчики, нам тут головы морочите. Нехорошо!

На предложение ведущего дать свой вариант ответа на собственную задачу, капитан москвичей хладнокровно заявил:

— Бабке Маланьке и товарищу Тарапуньке позволительно ограничиться постулатом о том, что 1+1=2, а вот капитану команды ГВФ, да еще, как мне известно представляющему факультет телемеханики, не мешало бы знать, что помимо десятичной на свете существуют и другие системы счисления,например, двоичная, по которой выходит, что один плюс один равно нулю, да еще и с переносом.

Жюри присудило равное количество очков обоим капитанам. Помню еще какой-то фильм, представленный, как рукоделие киевских студентов. В нем на столбе огня уходила в небо ракета. Наверное ее тоже изготовили в свободное от учебы время студенты института ГВФ.

Вот как рассказал в своих мемуарах-дневнике «Без знаков препинания» об этой встрече один из ее ведущих, тогда еще артист Киевского Драматического театра, а позднее прославленный Народный артист Олег Борисов:

— Самой знаменитой передачей тех лет был полуфинал КВН с участием киевского ГВФ и московского НФТИ (оставляю как в книге Борисова — Ю.Н.). Председателем жюри был Михаил Таль, а я был одним из ведущих. Киев выиграл одно очко, которое присудил как раз Таль, и должен был в финале играть с ленинградцами. Естественно такого финала — без Москвы!! — нельзя было допустить и его просто отменили.

Такова версия Олега Борисова. А вот запись под названьем «Как -то раз» из блокнота телередактора.

— Как-то раз на встрече Москва-Киев председателем жюри был Михаил Таль. Вопреки логике и мнению многих зрителей выиграл Киев. И что же? В течение двух месяцев после этого, где бы Таль ни появлялся, вначале делалось сообщение: НА ВОПРОСЫ О КВН ГРОССМЕЙСТЕР НЕ ОТВЕЧАЕТ.

Нам же всем казалось, что счет этой встречи был не то результатом грубого нажима на студию, не то актом подхалимажа по отношению к Никите Сергеевичу, опекавшему и щедро одаривавшему в те годы Украину. Организаторы КВН на это сильно обиделись и проводить финал отказались. В 1964 г. Аксельрод, а за ним и Яковлев и Муратов покинули КВН в знак протеста против политизации и грубого нажима сверху на их детище.

Так это или не так, а нам объяснять ничего не сочли нужным. На ленинградской телестудии нашему капитану сообщили, что финал не состоится по независящим от Ленинграда причинам, вот и вся недолга.

Через год КВН начался снова, как будто до этого ничего и не было. Однако, насколько мне известно, ни одна из тех команд не принимала больше в нем участия, а Википедии тогда еще не существовало..

Мы взрослели и другие события заслонили от нас дальнейшую историю КВН. С той поры миновало сорок лет, когда в 2003 году Петр Мостовой был приглашен в жюри международного фестиваля документального кино, проходившего в Санкт-Петербурге под девизом «Послание к человеку». Конечно же он встречался с нашими общими старыми друзьями и с этой встречи привез в Израиль выпуск альманаха «Аптекарский остров», посвященный 50-летию «Весны в ЛЭТИ». В нем я встретил немало знакомых фамилий, оттуда заимствовал фотографии первых афиш «Весны в ЛЭТИ». Я добавил к ним материалы собственного архива и решил записать всю вышеизложенную историю.

 

Юрий Ноткин

 

  • 30-01-2017, 21:07
  • Просмотров: 4573
  • Комментариев: 0
  • Рейтинг статьи:
    • 0
     (голосов: 0)

Информация

ВНИМАНИЕ! ТОЛЬКО ЗАРЕГИСТРИРОВАВШИСЬ ВЫ МОЖЕТЕ ОСТАВЛЯТЬ СВОИ КОММЕНТАРИИ.

Пожалуйста зарегистрируйтесь.
Если Вы уже зарегистрированы, просто войдите в систему, введя свое имя пользователя и пароль .

Эксклюзивные подарки от Йосефа Роджеро


  • Sterling Silver Biblical Chess Set
  • Sterling silver clock
  • Sterling Silver Bird
Перейти к подаркам

    Друзья сайта SEM40
    наши доноры

  • 26 июня  Моше Немировский Россия (Второй раз)
  • 3 января Mikhail Reyfman США (Третий раз)
  • 26 декабря  Efim Mokov Германия
  • 25 ноября   Mikhail German США
  • 10 ноября   ILYA TULCHINSKY США
  • 8 ноября Valeriy Braziler Германия (Второй раз)

смотреть полный список