Все новости


































































22.09.2017 14:49
Ёлкин и евреи


















21.09.2017 18:02
ИШАЙЯ ГИССЕР







































































































































































География посетителей

sem40 statistic
«    Сентябрь 2017    »
ПнВтСрЧтПтСбВс
 
1
2
3
4
5
6
7
8
9
10
11
12
13
14
15
16
17
18
19
20
21
22
23
24
25
26
27
28
29
30
 

И младенца не пожалели…

История одного погрома 

Владимир ПЛЕТИНСКИЙ  

Уже нет в живых тех, кто выжил после погромов времен Гражданской войны. А если кто-то еще жив — то их единицы.

Но они не исчезли бесследно.

Мне за долгие годы журналистской карьеры довелось пообщаться с людьми, пережившими этот кошмар. Например, с Ривой Соломоновной, вахтером одной ташкентской организации, которой в момент нашего знакомства было далеко за шестьдесят лет. Сотрудники называли ее "пираткой" и "дочерью капитана Флинта". И в самом деле, черная повязка на глазу, седые космы, трубка, которую она курила день-деньской, хриплый голос и матюки, которыми она одаривала малосимпатичных ей посетителей, навевали мысли о корсарах.

Я тогда был еще начинающим журналистом, но почувствовал, что у этой дамы есть История. И не ошибся.

— Знаете ли вы, молодой человьек, что есть погром? — спросила она меня.

— Конечно, я же еврейский молодой человек, а папа мой родился в Умани, — ответил я.

— В каком году он родился?

— В 1924-м.

— Ой, совсем еще мальчик, — махнула она рукой. — Что он может знать о погромах?

— Ему рассказывали родители, братья и сестры. А он уже рассказывал мне. Одна из его сестер родилась в 1919-м в момент погрома…

— Понятно, — кивнула "пиратка". — Мне тогда уже было девять лет, когда твоя тётья только народилась. Я знала несколько погромов на мою голову. Белые, красные, пэтлюрские, махновские, казаки какие-то, говорили, деникинские… Самые страшные у нас в местечке были казаки эти. Они убивали и насильничали всех наподряд. Изнасильничали мою маму и мою старшую сестру Берту, которой еще не было пятнадцати. Потом она родила мамзера и была проклята на всю жизнь, все брезговали жениться на ней. Будто она была виновата в этом. Но люди жестокие, молодой человьек, хотя и не такие жестокие, как погромщики. Мамзер Йося потом погиб на фронте, а Берту, которая так его не дождалась, убили фрицы в 41-м в Гомеле.

Это был самый страшный погром на моей памяти. Они ворвались к нам во двор, когда я стояла у забора с моей подругой Гутой. Вы когда-нибудь видели, молодой человьек, как летит голова человьека, который стоит возле тебя и разговаривает с тобой? Вот так было с Гутой. Только что она сказала мне — "погромщики" — и тут этот сволочь шашкой отрубает ей голову. Голова летит мимо меня, глаза распахнутые, кровь фонтаном, а Гута машет руками — будто пытается устоять на ногах. А потом падает. Сволочь размахнулся, хотел порубать голову и мне, я увернулась, но он попал мне в глаз и я упала. Да, вот в этот глаз, которого у меня с тех пор и нет.

Потом эти казаки ворвались в дом, выволокли всех. Папу моего сразу топором зарубили, что с мамой и Бертой было, я рассказала уже. Я лежу, одним глазом все вижу — представляете, сознание не потеряла от боли. А потом еще один сволочь притащил мою младшую сестренку Рахильку. Ей только полгодика было. Подкинул и поймал на саблю. А потом схватил за ноги и несколько раз ударил головой о стенку, мозги по сторонам разлетелись. Вот после этого я потеряла сознание.

После погрома уцелевшие евреи пришли собирать мертвых. И вдруг я очнулась. Никто не думал, что выживу. А я выжила. И вот живу. Даже замуж вышла. Тоже за инвалида, ему в другом погроме пэтлюрщики руку отрубили. Он мой двоюродный брат, его семья меня приютила. Троих детей, слава Богу, родили. Я здесь долго в бухгалтерии работала, молодой человьек, а ушла на пенсию, стала вахтером.

Рива Соломоновна уехала с приютившими родственниками в Ташкент еще во времена Голодомора. Так что Холокост ее не коснулся (если не считать сестры, которая, переехав подальше от пересудов в Гомель, почему-то не захотела воссоединяться с семьей). Но и погромов времен Гражданской войны ей более чем хватило…

Про Риву Соломоновну я написал очерк и принес в "Вечерку". Но материал был забракован. Причины объяснять не стали. Позднее понял — сотрудникам газеты не хотелось затрагивать еврейскую тему. Нет, не из антисемитских соображений — пожалуйста, про еврея-передовика производства писать можно было. Но о погромах или Холокосте — ни слова.

Позднее истории о погромах в Украине и Белоруссии мне приходилось слышать не раз. Читал я и воспоминания тех, кто присылал письма в редакцию в надежде хоть как-то сохранить имена погибших родственников — это было уже в Израиле. Кое-что удавалось отредактировать и опубликовать. Кое-что было написано так, что и редактура не помогала…

Источник: http://www.isrageo.com
  • 3-03-2017, 22:27
  • Просмотров: 4949
  • Комментариев: 0
  • Рейтинг статьи:
    • 0
     (голосов: 0)

Информация

Комментировать новости на сайте возможно только в течении 180 дней со дня публикации.


    Друзья сайта SEM40
    наши доноры

  • 26 июня  Моше Немировский Россия (Второй раз)
  • 3 января Mikhail Reyfman США (Третий раз)
  • 26 декабря  Efim Mokov Германия
  • 25 ноября   Mikhail German США
  • 10 ноября   ILYA TULCHINSKY США
  • 8 ноября Valeriy Braziler Германия (Второй раз)

смотреть полный список